Hola, Мексика!

29.09.2008

Hola, Мексика!

Охарактеризовать наше состояние при въезде в Мексику можно одним словом - запуганные. Нервы накрутили все: и знакомые из турфирм, предупреждавшие, что там сплошное кидалово, и знакомые мексиканцы, пугавшие преступностью и киднепингом.
Плюс еще мы не смогли вылететь из Гаваны вовремя, потому что наш рейс отменили. За нерентабельностью. Видимо, не продали достаточно билетов.
В общем, прилетают две девушки с круглыми глазами, которые к поездке подготовились: завели дорожные чеки, пооткрывали по две карточки к одному счету... Собрали телефоны знакомых во всех городах. В общем, перестраховались по полной программе, но все равно страшно. Этот страх прошел, на второй день мы в метро ездили, а в конце нашей поездки на Юкатане я автостопом каталась.


День первый. Мехико-сити - Куэрнавака-Таско.

Тот, кто обещал нас встретить 20 марта, 21 марта нас, естественно, не встречал.
Еще у нас с собой был мексиканский телефон с карточкой местного оператора сотовой связи. Я остановилась у одного киоска (tienda по-испански), пытаясь по этому телефону позвонить. Автомат что-то отвечал, но, к сожалению, по-испански.
Продавец этого киоска спросил, может ли он чем-то мне помочь, вероятно, имея в виду свой продаваемый товар. Я с радостью согласилась и вручила ему телефон. Покуда он разбирался с телефоном, я успела посмотреть, чем же таким он торгует. Оказалось, это туры по Мехико-сити и окрестностям. И что, можно взять экскурсию прямо сейчас? И прямо из аэропорта? И с багажом? И в отель потом доставят? Это было решение.
Надо заметить, что отель в Мехико-сити был забронирован и оплачен на три дня. Причем нам прислали совершенно пугающие условия, обязывающие нас явиться не позже 7 утра, после чего бронь снимается. Ну, к 7 утра мы уже в любом случае опоздали, поэтому я попросила продавца позвонить в отель и сказать, что вечером мы непременно приедем.
Нас в минивэне шесть человек - двое из Эквадора, двое из Мексики, и двое из России. Плюс гид. Ему надо немедленно спасать Ольгу, мою подругу, от бесплатного пассажира этой маршрутки -страшного и ужасного жука, который пристроился на стенке как раз над ней. Выбрал именно того, кто жуков боится.
Мехико-сити находится на высоте 2400 метров, тем не менее, оно лежит в котловине и окружено горами. Мы направляемся через горы Ахуско (перевал на высоте 3000м) в Куэрнаваку (штат Морелос). Дорога петляет и меняет направление то вверх, то вниз, как и положено горной дороге. В Куэрнаваке - ацтекское название Куаунауак означает «лесное место», но можно найти и созвучное испанское - cuernos de vaca, «коровий рог» - мы оказываемся в самое пекло - около 11 часов. Впрочем, гид нас пытается успокоить тем, что это город с идеальным климатом - 24 градуса в любое время года - получил название «города вечной весны». Идем в кафедральный собор. Собор заложили при участии самого Кортеса в 1529 году из щебня, оставшегося после разрушения пирамиды. Вообще-то это не собор, а комплекс из нескольких церквей, колоколен и капелл, окруженный стенами с бойницами. Теперь, конечно, это выглядит не как крепость, а как сад. У самого входа в сад- желто-оранжевая капелла в стиле барокко, которая особенно красиво сочетается с зеленью деревьев. Над входом в главную церковь - изображения черепов. Внутри она расписана фресками в неожиданно ярком восточном стиле, потому что в 16 веке работали филиппинцы и китайцы, приехавшие из других испанских колоний. Фрески иллюстрируют мученичество первого мексиканского святого - Филиппа, погибшего в Японии.
Улица Идальго, на которой стоит этот церковно-крепостной комплекс, одним концом упирается в сад Борда, а другим выходит на центральную площадь Пласа де Армас. На ней стоит бывший дворец Кортеса. Перед дворцом -статуя. Правда, это не Кортес, что было бы логично, а губернатор Хосе Мария Морелос. Так написано на памятнике. Он был преемником отца Мигеля Идальго, призвавшего народ в 1810 году на войну с испанцами, и героем войны за независимость.
Дальше дорога ведет в Таско. В стороне остается достойный внимания Тепотцолан - съездим в другой день, если получится.
Если Куэрнавака - город вечной весны, то Таско (от «тлашко» - название игры в мяч) называется серебряным городом. В середине 18 века открыл француз Хосе де ла Борда открыл в этой местности несколько серебряных жил и заложил первые шахты. Как до того города Гуанахуато или Сакатекас, Таско разбогател, экспортируя серебро. Однако через некоторое время серебряная индустрия в городе пришла в упадок. Выход из кризиса нашел профессор архитектуры Билл Спратлинг, переселившийся в Таско из Нового Орлеана. Он стал основоположником династии серебряных дел мастеров, научив жителей изготавливать серебряные изделия.
Брэнд «Taxco Plata» мы встретим даже на Юкатане. Правда, качество будет другое. Естественно, машина останавливается у одного из магазинов. Гид начинает рассказывать, что здесь работает исключительно честная-пречестная, талантливая семья, что цены здесь ниже, чем в городе. В общем, отрабатывает свои комиссионные.
Вещи в магазине братьев Морено выставлены действительно очень красивые. Есть что посмотреть и что померить. В магазине для нас устраивают небольшое шоу - угощают «Бертой» (напиток, из которого впоследствии развилась «Маргарита», много всяких соков и капелька текилы), объясняют, как по звуку определить разницу между серебром и другими металлами. Купить хочется, но цену братья снижают крайне неохотно. Кстати, ничего подобного в других местах мы не встретим. И что не купили, засомневавшись, уже не вернешь.
После ланча - я крайне скептически отношусь к включенным в стоимость поездки обедам или ужинам, но в этом случае он был сервирован в красивом ресторане и предлагал по нескольку блюд на выбор - отправляемся в город. Улочки мощеные, узкие. Несколько женщин украшают бумажными цветами машину. Это по случаю равноденствия, объясняет гид.
Поднимаемся к сокало и церкви Санта-Приска из розового камня, которую построил де ла Борда. Построил он ее очень быстро - всего за десять лет. Вот что значит один хозяин и много денег. У западного входа изображение трех добродетелей - Веры, Надежды и Благотворительности. А я -то, наивная, считала третьей добродетелью Любовь.
Среда, четыре часа, но на сокало много народу. Мы спускаемся по улочкам обратно, а навстречу нам медленно поднимается процессия. Украшенные цветами машины везут детей в костюмах. Машины сигналят, дети осыпают прохожих лепестками. Машин очень много, неожиданно много для, казалось бы, небольшого городка.

Отель Casa de la ReformaВ отель приезжаем в темноте, в девятом часу. Отель как отель - небольшое узкое здание в линии фасадов. На первом этаже есть кафе, говорят, вкусно готовят, но оно открывается в 8 утра и нам ни разу не удается им воспользоваться. За 45 долларов мы получаем номер на двоих - студию с двумя кроватями и ванной комнатой. Есть сейф, телефон и телевизор. Подставка у телевизора настолько хлипкая, что кажется, он сейчас упадет - прямо нам на голову.
Барной стойкой отделена кухня. Есть холодильник, плита и микроволновка. Из посуды - три стакана, тарелка, больше всего похожая на ночной горшок кастрюля-чайник. Ложек нет! Спускаюсь вниз и прошу чайных ложек. Они под замком в баре, и все, что мне удается получить - это одну столовую. Но ложку!
Несмотря на прописанные в листе бронированя суровые условия, нам удается договориться прожить в отеле еще один дополнительный день в счет пропущенного по вине «Кубаны».
Ближайший интернет в отеле «MayaLand» по соседству, но мониторы там такого качества, что через десять минут начинают болеть глаза. Стоимость - 10 песо за полчаса.

День второй. Теотиуакан и Антропологический музей.
Недалеко от отеля - круглосуточная закусочная. Утром идем туда пить кофе. Не такая уж она и дешевая, эта Мексика - чашка кофе стоит от 6 до 8 песо, то есть 13-20 рублей. Вполне сравнимо с московским уличным фастфудом. А в этой закусочной кормятся явно не туристы.
Вчера я пыталась выяснить у гида, как добраться до пирамид Теотиуакана. Он, естественно, пытался продвинуть экскурсию. Но экскурсия стартует в 9-9-30, соответственно, добирается до места в самый солцепек. Мы хотим попасть к открытию, к 8 утра.
После кофе выходим на центральную улицу - мы же пока всего боимся - и следуем до станции метро Идальго. В Мехико-сити самое дешевое в мире метро - 2 песо за вход. Путеводитель предупреждает, что за билетами выстраиваются очереди и рекомендует покупать сразу по 10 билетов.
Около 7 утра. Входим в метро. Ищу надпись Mujeres, потому что первые два вагона предназначены для женщин и детей. Надпись есть, только в эти вагоны садятся и мужчины, и женщины. Говорят, что это правило действует только в часы пик. Чтобы горячие мексиканские мачо не прижимались к скромным девушкам. Не знаю, кто там к кому прижимается: стоять в мексиканском метро мне приходилось, а втискиваться, как в московское, слава богу, нет.
Едем до конечной станции Indien Verde. Там ищем автобус до пирамид. В метро было немного душновато, а в автобусе кондиционер и тонированные стекла сохраняют прохладу.
Автобус мы выбрали неудачный - он шел со всеми остановками и петлял по всем окрестным деревушкам. Водитель, родом из Теотиуакана, не прочь поболтать с иностранками. Когда из пассажиров нас осталось только двое, водитель пригласил нас пересесть поближе. Он рассказывал, что работал на автобусе в США и интересовался, нельзя ли устроиться на сходную должность в Москве. На прощание он оставил свой адрес и попросил прислать открытку из России.
Вход в Теотиуакан - 45 песо, и 35 с меня просят за пользование видео-камерой. В принципе, разрешение на съемку здесь никто не проверяет и можно не платить.
Идем вдоль реки-ручья Сан-Хуан, мимо кактусов - слева и деревьев -справа, дорога петляет, проходим мимо разложенных среди зелени скульптур и выходим к пирамиде Солнца.
Больше 9 часов. Вообще-то, жарко. Говорят, в Мехико-сити двигаться надо медленно, или голова начинает кружиться от недостатка кислорода. На меня высокогорье почему-то почти не действует, я ношусь, как привыкла, правда, передвигаюсь на укороченные дистанции.
Мексиканская пирамида всегда усеченная. Это земляной вал, несущий на себе храм. Пирамида Солнца построена, по оценкам археологов, во 2-м веке до н.э. Строили ее лет 20, работали 10 тысяч человек. Это земляная громада высотой 65 м, в основе которой прямоугольник 240 на 255м. Лестница ведет к площадке, на которой стоял храм Солнца. Когда испанцы пришли в Мексику, его венчала статуя монолит, украшенная золотым диском, который блестел в лучах светила. Первый католический архиепископ Мехико Сумаррага приказал разрушить этот идол язычников.
Когда в долину Мехико пришли ацтеки, города Теотиуакана уже не существовало. Там было много покрытых травой холмов, окружавших две пирамиды. От местных жителей ацтеки унаследовали легенды о Теотиуакане: «Боги собрались вместе и стали решать, кто возьмет на себя обязанность осветить мир. Текусицтекатл сказал: «Я возьму на себя эту обязанность». Кто еще? Никто не решался. Один из богов - Нанауатцин - ничего не говорил, а только слушал. Поэтому боги ему заявили: «Вторым будешь ты». Ему пришлось согласиться. Тогда боги разожгли жаркий огонь и встали с двух сторон. «Ну, входи же в огонь,» - сказали Текусицтекатлу. Он никак не мог решиться, хотя 4 раза пытался. Тогда обратились к Нанауатцину: «Тогда попробуй ты». Тот закрыл глаза, бросился в огонь и начал сжиматься, словно сгорая. Текусицтекатл видя это тоже бросился в пламя. Небо стало красным и всюду появился дрожащий свет. Нанауатцин превращался в солнце. Затем вышла луна - преображенный Текусицтекатл. Теотиуакан означает «место рождения бога».
Астрономически пирамиды привязаны к 19 мая. Интересно, почему?
Теотиуаканская культура существовала около 1000 лет, с 300 до н э - 650 н э. В 5-6 веке нашей эры Теотиуакан был крупнейшим городом Мезоамерики и насчитывал 200 тыс. Жителей. Затем город захватили тольтеки, построившие столицу Толлан, по-современному Тула. Туда мы тоже хотим добраться, чтобы посмотреть атлантов. Автобусы до Тулы идут от северного вокзала, то есть оттуда же, куда придет автобус из Теотиуакана.
Ацтеки пришли в долину озера Тескоко в 1256 году. Их самоназвание означает люди из Ацтлана, или «люди из страны белого цвета». Другие их самоназвания происходят от имен их древних героев: «мексики» - от Мекситли, «теночки» - от имени другого предводителя племени Теноча.
Легенда гласила, что однажды мексики увидели сидящую на дереве птицу, которая напевала: «Тиуи, тиуи». Мудрец Уитцитон дал толкование вождю Текпатцину, что боги повелевают людям покинуть свои земли. И в 1168 году ацтеки ушли из легендарного Ацтлана. После двухсотлетних странствий племя достигло долины Анауак - «страны у воды», перед озером Тескоко. Они остановились на скале, омываемой водой из родника и окруженной рощей ауэрте (разновидность кипариса). Посреди озера они увидели остров, а на нем - орла, сидящего на опунции и пожирающего змею. Это было знамением, гласящим, что цель путешествия достигнута.Впрочем, все земли там были уже поделены. Признав верховную власть правителя города Аскапоцалько, ацтеки смогли поселиться на озере и основать поселение Тлателолко. Столица Теночтитлан была основана в 1325.
Испанцы разрушили Теночтитлан и на этом месте построили свою собственную столицу. Руины ацтекского города, Templo Mayor, находятся в центре Мехико-сити, по соседству с сокало и кафедральным собором Мехико.
Поднимаемся на пирамиду Солнца. 65 метров - это почти 20-этажный дом. Ступеньки неудобные, явно рассчитаны на гигантов, для тех, кому трудно подниматься, есть веревочные перила.
Пирамида Солнца стоит в стороне от так называемого «Пути мертвых», который соединяет Цитадель и Пирамиду Луны. Возле пирамиды Луны, на которую разрешают подниматься только до половины, стоят несколько пирамид меньшего размера. А по левую руку- небольшой храм с плоской крышей. В нем - резные колонны с изображением ягуара и птицы кецаль, фрески и барельефы. Здесь поблизости находится выход из археологической зоны, и, вообще-то следовало бы им воспользоваться, чтобы вернуться в город.
Однако мы еще не были в Цитадели и в храме Кецалькоатля. К сожалению, по прибытию к Цитадели - это 2 километра от пирамиды Луны и под палящим Солнцем - мы узнали, что храм Кецалькоатля для туристов закрыт. Ну, а в самой Цитадели смотреть нечего. Прямоугольная территория, обнесенная стенами и с пирамидами по углам.
Недалеко от Цитадели мы попались местным тинейджерам. Школьники приехали выполнять задание по английскому языку - брать интервью у иностранцев и практиковаться в разговоре. Ответы на вопросы некоторые из них записывали в тетрадку, но большинство - снимали на видео-камеру. Так что дети были явно не из обычной школы.
В город удобнее возвращаться через выходы 2 или 3, но от Цитадели мы вышли через первый. Автобус подходит каждые 30 минут, тени нет, время половина первого.

Чапультепек
Мы не поехали до северного вокзала, а вышли около станции метро Indios Verdes. И отправились в Антропологический музей.
Народу в метро больше, чем утром. Входит продавец компакт-дисков. В рюкзаке у него динамики, мощность которых по всему вагону разносит достоинства товара. Диски - всего по 10 песо - покупают несколько человек. На следующей остановке продавец выходит, появляется другой. Нарушителей конвенции в метро нет, и если первый торгует поп-музыкой, то у следующего - непременно классика. А тут еще появился молодой человек в строгом костюме и начал что-то вещать по-испански, заламывая руки. Я-то грешным делом подумала, что это еще один вариант на тему «сами мы не местные....» Однако молодой человек произнес общепонятные слова: “Muchos poetas y muchas poesias…”, подчеркнув их широким взмахом рук. Творческие люди в метро ездят, ничего не скажешь.
Чтобы добраться до музея, надо доехать до станции метро Чапультепек. На схеме метро около названия каждой станции нарисована картинка. Около надписи «Чапультепек» - кузнечик.
Очень удобно объяснять детям или неграмотным - едешь до кузнечика, там выходишь. Собственно, Чапультепек и означает «гора кузнечиков». Или стрекоз.
От метро до музея надо пройти по парку, перейти через пешеходный мост над автострадой, а затем пересечь улицу.
На перекрестке две регулировщицы- одинаково толстенькие - помахивают ручками в белой перчатке, словно приветствуют проезжающие машины. Однако так они управляют движением. А утром, когда много машин, не желающих ждать своей очереди на перекрестке, полицейским-регулировщикам, чтобы быть замеченными, приходится и интенсивно махать руками, и приседать на каждом взмахе, и сопровождать каждое движение свистком. Посвисти так часа два на жаре, поприседай да помаши - мало не покажется.
К музею подходим как раз вовремя - на площади перед ним, вниз головами вращаются «воладорес». Особенно эффектно смотрятся из яркие наряды на фоне голубых цветов дерева.
В Антропологическом музее можно провести не день и не два. На втором этаже - материалы этнографические, на первом - исторические, охватывающие все разнообразие культур Мезоамерики: скульптура воина из Тулы в зале тольтеков, «Камень пятого Солнца» (ацтекский календарь) в зале ацтеков, огромная голова ольмеков с негроидными чертами лица, испещренная крохотными дырками, гробница царя Палька и так далее. На цокольном этаже кинозал, но туда мы уже не дошли.

Из музея выбрались перед самым его закрытием, уже после заката. По Paseo Reforma направились через зону Roja в сторону отеля, имея в виду, что нам надо и купить новый чип для мобильного телефона, и билет на автобус до Оахаки, и чай, и продукты.
С телефоном вопрос решился просто. Нас пугали, что карты мексиканских операторов для стандартных мобильных телефонов не подходят, поэтому мы у друзей попросили и чип, и телефон. Беспокоились напрасно: наши телефоны оказались вполне совместимы с чипом, да и роуминг тоже работал. У сети «Билайн» роуминг был существенно лучше, чем у МТС, а телефон Nokia был намного чувствительнее, чем Sony Ericsson. Но что было более ценным - вместе с телефоном друзья дали нам адаптер - для мексиканских розеток под наши вилки. Вот он-то нам очень пригодился. И мы бы приобрели второй, но ни в аэропорту, ни в магазинах ничего подобного не было. Только под американский стандарт.
А вот с едой были проблемы. Такое впечатление, что в этом районе совсем нет продуктовых магазинов. Интересно, где же покупают продукты мексиканцы? Нам встретились несколько магазинов “Seven eleven” с широким выбором чипсов и освежающих напитков, заправка, где удалось купить мюсли и йогурты. Когда мы спрашивали “The”, нас вели к стеллажу с липтоновским ice-tea. Наконец, я догадалась поставить вопрос иначе: “Caja de the” (коробка чая). Этого не было. В круглосуточной закусочной недалеко от отеля, где мы завтракали утром, удалось найти пакетики с мятным или ромашковым чаем. Черного не было. Не пьют его здесь, что ли? Судя по тому, какую гадость под видом the negro подают в ресторанах, видимо, и правда не пьют.

День третий. Мехико-сити.

Можно было съездить в Тулу или Тепотцолан. Но город тоже стоило посмотреть.
Поэтому с самого утра мы направились в сторону Сокало.
Идем по Paseo Reforma, этакого бульвара, в центре которогоа парк с фонтанами. Арка с возлежащими внизу львами в честь президента Бенето Хуареса. Недавно, 21 марта, был его день рождения, и монумент украшен венками. Это самый почитаемый президент Мексики. По крайней мере, день рождения других не превращали в государственный праздник. Даже в СССР день рождения Ленина не был выходным днем.
По дороге прошли Латиноамериканскую башню. Она открывается с 9 утра, вход 50 песо. Забираться на нее следует либо ранним утром, либо на закате. Лифт идет до 42 этажа, там находится застекленная площадка. Выше - музей, в принципе, не содержащий ничего примечательного, а еще на один этаж выше - зарешетченная площадка, с которой интересно и смотреть окрестности, и фотографировать. Только о существовании этой площадки надо еще догадаться.
В башню мы пойдем вечером.
Сразу за башней расположен монастырь Святого Франциска Ассизского. Монахи-францисканцы активно поработали в Латинской Америке, в каждом городе непременно есть такой монастырь. Напротив монастыря - очень красивый дом, отделанный израсцами. А перед монастырем - выставка монументальной скульптуры. Этакие стилизованные птички в два человеческих роста.
Если идти дальше по Avenida Juarez проходишь мимо Дворца Изящных Искусств.
Больше всего нас интересовал в этом дворце знаменитый стеклянный занавес, произведенный фирмой Tiffany из Нью-Йорка, на котором изображены вулканы Попокатепетль и Истаксиуатль. Занавес можно видеть, только посещая театрализованные представления, но нам опять повезло - в этот день было организовано бесплатное посещение театрального зала. Благотворительность от Tiffany. Но это было позже, а пока мы просто прошли мимо до Сокало.
Площадь Сокало не такая уж большая. В отличие от Сокало других городов, зелени на ней нет, зато есть мексиканский флаг и много свободного места, где различные демонстранты могут выставлять свои требования. Поскольку была пятница, демонстрантов не было. Жизнь закипит в субботу: демонстранты явятся с плакатами, полиция - с турникетами.
На Сокало находятся Национальный дворец и кафедральный собор. Это самый крупный собор в Латинской Америке, он стоит на месте построенной в 1532 г. испанской церкви. Церковь потом разобрали, и почти сто лет строили собор, закончив только в 1813 г. Справа к собору примыкает часовня в стиле барокко, построенная в середине 18 века. (2) Почва в Мехико постоянно смещается - это заметно уже по тому, как отклоняется от вертикали эта часовня. В соборе установлен специальный маятник, по колебаниям которого удается следить за напряжениями в куполе собора.
В Национальный дворец туристы ходят с большим интересом, чтобы посмотреть фрески Диего Ривьеры на тему мексиканской истории. Фрески, конечно, сладкие: кровожадные ацтеки представлены в лучших пасторальных традициях, а рабочие нежно прижимают к себе томик сочинения Карла Маркса.
Вход во дворец бесплатный, но на входе проверяют паспорта. Впрочем, для охранников оказалось достаточно ксерокопии, которую мы предусмотрительно взяли с собой.
Templo Mayor - останки ацтекской цивилизации - это окультуренный раскоп. Туристы ходят по мосткам и наслаждаются видом змей, лягушек, барельефов с изображением черепов. Музей Templo Mayor ничем не может дополнить Антропологический музей.
Тем не менее, когда мы вышли из него, время перевалило за полдень. Мы направились к Plaza San Domingo, где раньше располагались писцы. Индейцы были неграмотными, и им периодически требовался специалист, чтобы написать письмо и прошение. Путеводитель утверждал, что там и поныне сидит народ с пишущими машинками.
Перед этой площадью - небольшой рынок. Мое внимание привлекла лавка с медной посудой. Очень красивая, с аккуратной отбивкой, в самом деле ее украшающей, такие миски и сковородки могли бы пригодиться и как деталь интерьера, и как кухонная посуда. Торговала ими индейская пара пожилого возраста. Они смотрели на меня с надеждой - покупателей было, мягко говоря, не слишком много. Очень красивые вещи, но везти по автобусам на другой конец страны... Я еще не была готова покупать большие вещи.
Пишущих машинок, конечно, давно уже нет. Теперь там стоят аппараты для тиражирования поздравительных или уведомительных открыток. Огромные альбомы демонстируют образцы - к свадьбе, рождению ребенка или юбилею. Была пятница, час дня. Работали три, скажем так, «дизайнера». Два просто ждали клиентов. Около одного собралась толпа из четырех женщин, видимо, обсуждали, как будет выглядеть их открытка.
От этой площади недалеко до местного рынка -барахолки подобной черкизовскому рынку в Москве. Духи «Шанель» за 30 песо (2,7 доллара). Сумки за 15 песо. Толпа народу. Молодой человек ведет велосипед, на багажнике которого пристроен огромный куб льда, ничем не прикрытый. Лед голубой, чистый, только что отрезанный, даже еще не покрылся капельками воды.
Проходим мимо торговцев местной пищей - на столе ломти манго, ананасов, папайи, их складывают в пластиковые банки и посыпают перцем и поливают кетчупом. Ольга не готова к местной пище и тянет меня прочь: «Она же все это делает руками». А мне очень хочется манго: «Вот она эти руки и помыла другими фруктами». Я покупаю коробочку с манго, за 15 песо, прошу посыпать его чили. Из соображений дезинфекции. Продавщица не поскупилась на перчик. У меня просто слезы из глаз полились.
Путеводитель в обязательном порядке рекомендует посетить плавучие сады Шочимилько. Снова садимся в метро, затем в так называемый Tren Legere. Вот уж где духота и теснота. От трамвая идем до dembarquadero. Множество разноцветных лодочек. Пахнет сыростью. Вода в канале грязная. На объявлении стоит вполне конкретная стоимость, но от нас требуют примерно вдвое больше. Сторговались за 300 (или 250, не помню) песо за 2-ч часовую прогулку. Садимся на лодку. В принципе, для двух человек вполне подошла бы и лодка поменьше. Лодочник берет длинный шест и пытается выбраться из хаоса стоящих лодчонок.
Интересная у них манера грести на этих лодках. Нос у лодки, где нет навеса, по длине больше метра. Лодочник, стоя на краю, упирается шестом в дно, затем перебегает к навесу, продвигая лодку вперед. Я попробовала это делать. Лодочник заботливо поддерживал меня за пояс - то ли чтобы уберечь от падения в воду, то ли ему просто это нравилось, но у меня ничего не вышло.
С других лодок нам предлагают и пиво, и еду, и пончо, и серебряные изделия, и песни марьячей, и услуги фотографа. Старинными фотоаппаратами фотограф, как пишет путеводитель, конечно, не пользуется. Он бы давно прогорел, если бы приходилось печатать широкий формат. Такой фотоаппарат у него есть, он просто стоит в лодке. А снимает он обычным «Polaroid». И выдает клиентам для съемок сомбреро. У более успешного фотографа имеется лодочник, который его возит. Менее успешный гребет сам. Было бы, наверное, неплохо, собрать большую компанию и устроить здесь пикник с едой и танцами. Так и делают на других лодках. Но у нас - ломка акклиматизации, есть не хочется, и сюда мы приехали, чтобы избежать городской духоды.
Увидев, что мы ничего не покупаем - значит, ему не светят комиссионные - наш лодочник сник окончательно. Конечно, он схалтурил. Маршрут двухчасовой прогулки был более развернутым. А он довез нас до некоторой точки, повернул назад и начал откровенно тянуть время. Один раз толкнется шестом и несколько минут сидит, расслабляется. Мне это надоело и я сказала ему: “Tenemos prisa” (Мы спешим). Честно говоря, он даже обрадовался, и быстро домчал нас обратно.
Плавучие сады не понравились.
Возвращаемся в Мехико опять после заката. Опять не успеваем купить билет на автобус. Звоним в турагентсво и заказываем экскурсию в Чолулу и Пуэблу, с тем, чтобы не возвращаться в Мехико, а остаться в Пуэбле. Девушка из турагентсва любезно предлагает нам даже купить для нас необходимый билет на автобус Пуэбла-Оахака.
Конечно, девушка все перепутает. Она забронирует нам билет на утро послезавтра, в то время как мы хотим ехать завтра вечером. Но с этим мы будем разбираться, после того как в 9 утра придет трансфер.
А на вечер у нас было два запланированных мероприятия - поесть клубники - ее неоднократно проносили мимо нас, запах был такой, что слюнки текли, и послушать марьячей на площади Гарибальди.
Станция метро площадь Гарибальди - следующая после Дворца изящных искусств.
Пока шли от станции до места скопления марьячей, увидели вожделенную ягоду. Почти в таком же киоске, как на рынке, только он был более станционарным - прилавок прилепился к стене дома. Мы попросили один стакан с клубникой, второй с манго, и присели у киоска на табуретки. 20 песо - все удовольствие.
Клубника была не так плоха, как в московских супермаркетах, но и, что называется, не с грядки.
Я думала, что на площади Гарибальди марьячи все время играют и поют. Естественно, все происходит не так. Поют они только по заказу. Да и вообще, как бы это выглядело, если бы одновременно все играли - каждый свое, да еще и громко. По периметру площади установлены статую знаменитых марьячи.

День четвертый. Чолула-Пуэбла.Трансфер был пунктуален и опоздал не более, чем на 10 минут. На эту экскурсию у нас был пожилой гид и две попутчицы из Сальвадора.
Была суббота, и, проезжая мимо Сокало, мы видели, как очередные демонстранты устанавливали на площади щиты со своими требованиями.
Далее путь ведет через перевал в штат Пуэбло. Что бы ни говорили гиды, самый лучший вид на вулкан Покопотепетль открывается до перевала. Расстояние до вулкана больше, но зато шоссе приподнято над очень красивой ярко-зеленой равниной, за которой виден этот вулкан, прикрытый голубоватой дымкой. После перевала вид вполне стандартный - сначала помойка, которую надо ухитриться не поместить в кадр, затем - темно-зеленые деревья, и, наконец, вулкан.
Чолула известна тем, что в ней находится завод немецкой компании «Фольксваген», самая большая (по длине стороны) пирамида, называемая пирамидой Тепанапа, а также тем, что здесь впервые индейцы оказали сопротивление Кортесу.
Гид нервничает и суетится. Он абсолютно не чувтсвует габариты машины. Каждая парковка для него - проблема. В конце путешествия он предложит нам опросник, где потребуется оценить мастерство водителя. Жалея пожилого человека, мы во всех пунктах поставим ему самые высокие оценки.
Нас ведут по туннелям внутри пирамиды. В принципе, ничего выдающегося там нет - ступеньки, ответвления, макеты в стеклянных витринах - за исключением того факта, что внутри тольтекской пирамиды мы все-таки еще не были. Ну и конечно, туннели внушают уважение своей длиной. Ходим внутри холма минут двадцать. Когда выходим, выясняем, что пирамида спрятана под холмом, на котором расположена желтая церковь Девы Марии Исцеления (Nuestra Senora de los Remedios). Церковь была построена в 1666 году, но в 19 веке ее повредило землетрясение, и она была перестроена. От церкви открывается вид на вулкан Попокатепетль, к которому пристроилась белая запятая облачка.
Археологическая зона в Пуэбле выглядит как археологическая зона. Гид показывает нам, что, звук хлопка в ладоши, отражаясь от ступеней, становится похожим на птичий крик. Пробую повторить и, действительно, есть такое дело.
После Чолулы у нас запланирован ланч. И он оказывается плохим, как обычно бывает с тем, что уже included - из меню нам предлагают только самые дешевые блюда: один вид супа, цыпленок, рисовый пудинг на дессерт. Терпеть не могу пудинг!
После того, как я заявляю, что не буду этого есть, независимо от того, оплачено или нет, мне соглашаются приготовить и рыбу, и фруктовый салат, и даже в качетве бонуса не берут денег за свежевыжатый сок. Ланч занимает полтора часа!
Наконец, начинается экскурсия по Пуэбле. Движение в центре города перекрыто по случаю субботы, и гид не может припарковать машину. Он высаживает нас и предлагает встретиться на Сокало, около киоска. По дороге мы теряем тетушек из Сальвадора.
Сокало в Пуэбле усажена деревьями, украшена бронзовыми статуями и фонтаном. А кафедральный собор по своим размерам уступает только собору в Мехико. Его строительство началось в 1575 году и продолжалось почти сто лет. Стиль здания частично барочный, частично ренессансный. На северном портале помещены изображения испанских королей из династии Габсбургов - Карла 5 и Филиппов 1,2, 3 и 4 (2).
Ходим по зеленой Сокало. Какой-такой киоск имеет в виду гид? Мы встречаемся с ним около фонтана, и уходим от него к церкви Санто-Доминго, в то время как он отправляется на поиски сальвадорких тетушек.
Мы пересекаем Сокало и идем по бульвару Cinco de Mayo. Множество прохожих и торговцев. Напротив входа в церковь расположилась троица - девица с типичной для мексиканки упитанной внешностью, панк с высоким ирокезом и сидящий на земле младенец. Что-то продают.
Церковь Санто-Доминго построена в начале 17 века, стиль барокко. Самая интересная ее часть - Capilla del Rosario. Я думала, что название имеет отношение к какой-нибудь романтической истории о святой Розе, тем более что капелла действительно очень красивая - вся иззолоченная, резная. Но оказалось, что перевод этого названия - Часовня четок. Судя по тому, что часовни с таким же названием есть и в других местах, оно имеет какое-то значение в церковном обиходе Мексики.
Возвращаемся к собору на Сокало. Заходим внутрь. Снаружи он выглядит интереснее, чем изнутри.
У ограды собора начинают выступать клоуны. Я их фотографирую, и клоун обзывает меня «гринго». No soy gringo, soy ruso, отвечаю ему, но это его уже не волнует.
Ждем гида. Очень сожалеем, что не назначили точного времени. Беспокоимся, как бы на нервной почве с ним чего не случилось. Пытаемся позвонить. У нас три телефона - два московских и один, зарегистрированный в Мехико. Как звонить и через какие коды, мы не знаем.
Неподалеку полицейские с удовольствием уплетают чипсы из огромного пакета.
Пытаемся спросить у полиции, как позвонить. Они нас не понимают. Понимают, что мы иностранки, что нам надо позвонить, но в чем проблема - им не ясно. Может быть, они вообще не имеют представления о международной связи.
Появляется гид с тетушками из Сальвадора. Видя нас, хихикающих с полицейскими, гид бледнеет: «Что случилось?». Мы радостно объясняем, что всего лишь пытались позвонить ему и сообщить о своем местонахождении.
Гид привозит нас на автовокзал. Эти автобусы - ADO, Primera - разных компаний и разных классов - на редкость точны и удобны. И найти автовокзал просто даже не зная по-испански- достаточно сказать волшебное слово «Christobal Colon».
Автобус отходит в 7 вечера. Темно, но мы не можем найти кнопку освещения - автобус считается ночным, и в нем положено спать. Через 4 часа приезжаем в Оахаку. У автовокзала много такси. До отеля Aitana, который мы себе присмотрели - 20 песо. Это отель в колониальном стиле, мебель тяжелая, старая, окна выходят во внутренний двор. Зато менеджер прекрасно говорит по-английски и в холле установлены компьютеры с бесплатным доступом в «Интернет».

День пятый. Монте Альбан - Митла- Оахака

После завтрака во внутреннем дворике отеля - свежие фрукты и апельсиновый сок - отправляемся в археологическую зону Монте-Альбан. Оахака, по крайней мере ее центральная часть, очень маленькая. Через 10 минут приходим к остановке туристических автобусов до Монте-Альбана. Путеводитель обещает, что они ходят каждые 15 минут. Выясняется, что как раз на 15 минут мы опоздали, и следующий автобус будет только через 1 час 15 минут.
Ну не ждать же... Берем такси за 80 песо. Дорога петляет, как и полагается горной дороге. Сверху видно, что Оахака все-таки большой город.
Минут через 20 проезжаем остановку автобусов, такси едет выше и высаживает нас у археологической зоны.
По воскресеньям вход бесплатный. Народу сравнительно немного, в две группы, судя по виду, местных старшеклассников. Проходим мимо музея, оказываемся перед развалинами. Если идти в левую сторону, мы придем на Grand Plaza, есди в правую - в Северную группу развалина.
Зеленая, покрытая Grand Plaza имеет четырехугольную форму, на всех четырех сторонах ее стоят пирамиды. Растут деревья, носятся туда-сюда птички, бегают ящерки. Здесь все живое, не то, что в выжженном Теотиуакане.
В западной части - дворец танцоров, в котором выставлены плиты с танцующими людьми. Люди непропорциональны, головы у них больше, чем предполагают пропорции тела взрослого человека.
Поднявшись на пирамиду в северной части Grand Plaza, попадаем в развалины дворца. Колонны. Остатки стен. Монте-Альбан расположен на вершине холма, и отсюда как раз открывается вид на долину. Она не зеленая, а красновато-коричневого цвета.
По очень крутой лестнице спускаемся к музею. Экспонатов немного - керамика, плиты из дворца танцоров, содержимое одной могилы. Покойный был небольшого роста.
Выходим из археологической зоны. Продавцы уже расставили свои лоточки. Пожилая сеньора с помощником прячутся под тентом. У них - большие алюминиевые баки. Оахака славится домашним мороженым. Ольга решается попробовать. Сеньора зачерпывает мороженое пластмассовой ложечкой и сует Ольге в рот. Манговое - нет... Арбузное ... Ванильное... Красная туна... Что такое туна? Это так называется кактус. За 15 песо Ольга получает свой стаканчик с мороженым из кактуса.
Автобус, который отвезет нас в Оахаку, придет только через 40 минут. Мы пытаемся пристроиться в один из туристических автобусов, которых на стоянке уже довольно много. Никто нас не берет.
Замечаем такси, следующее наверх. Перехватываем его на обратном пути. Молодой водитель соглашается за 300 песо отвезти в Митлу - это 50 км от Оахаки.
Вспоминаем, что рассказывал гид в Чолуле. Ацтеки хоронили своих умерших под полом в своих кухнях. А сапотеки не стригли ногтей на руках.
У водителя на правой руке очень длинные ногти. Потомок сапотеков? Un pregunto senor… Водитель искуганно оборачивается. Toca Usted una guitarra? Водитель улыбается, кивает, показывает свою руку с длинными ногтями.
Едем около часа. Машина останавливается на площади возле собора. Вокруг собора - изгородь из кактусов. На площади - рынок. Обходим собор, не понимая, где же эта археологическая зона. Когда обходим его полностью, выясняется, что водитель привез нас абсолютно правильно, и нам надо было лишь пересечь площадь.
Археологическая зона Митлы - развалины миштеков, которых называли также «людьми облаков», потому что, в отличие от сапотеков, они жили в горах. В 10 веке они пришли сюда из Центральных областей. Развалины полностью находятся в городе, и заслуживающая интереса территория невелика. Это, по сути, два строения с двух сторон от площади. Но развалины очень красивые - там есть и колонны, и внутренние дворы, и гробница, и геометрические орнаменты, украшающие стены. Когда-то, видимо, здесь были и залы, и комнаты. Митла получила свое название от слова на языке науатль, означающего «место мертвых», потому что здесь были погребальные холмы. Также ее называли и «местом дворцов».
На обратном пути просим завезти нас к дереву Туле. Вход к дереву - 3 песо. Славу самого большого в мире этот кипарис получил за ствол окружностью 57м. Дереву предположительно 2500 лет. Узловатый ствол сам по себе представляет скульптурный шедевр. Табличка содержит правильное название дерева. Если учесть, что буква h в испанском языке не читается, это слово звучит не так уж и неприлично. Просто выдающееся дерево!
Возле него стоит церковь, беленая, раскрашеная, похожая на пряник. До Пасхи остается две недели, и по воскресеньям проходят торжества. В частности, как раз при нас из церкви выносят статуи - черноволосого, волосы до пояса, Иисуса, и Девы Марии, одетой в специальное платье. Наверху трудится звонарь, специальные канаты позволяют ему одновременно обслуживать две колокольни. Крестный ход - человек двадцать, одетых строго, и тепло, не по погоде, минует дерево и выходит за церковную ограду.
Возвращаемся в Оахаку. Получивший 50 песо чаевых водитель очень доволен. Нам надо купить билеты на ночной автобус до города Тусла Гуттиерес. В городе два Ticket bus - по обе стороны от Сокало. Сокало выглядит традицинно - зелень, фонтан, помост для музыкантов. По его четырем сторонам - здания в колониальном стиле, кафе и магазинчики.
Пристраиваемся пообедать. Пробуем курицу в шоколаде и сырную штучку... Расплачиваемся кредитной картой, и здорово попадаемся. Официант просит ввести размер чаевых. Но мы же не понимаем, что он говорит. Мы думаем, что мы должны ввести сумму, которую оплачиваем. Официант этим пользуется и остается очень довольные - чаевые на сумму счета. Получив смс-сообщение мобильного банка, начинаем разбираться. Нет проблем - платеж немедленно отменяется, мы вводим чаевые в размере положенных 10 процентов. В следующем кафе, где мы пили знаменитый местный шоколад, мы предпочли положить чаевые наличными. Официантка осталась еще более довольна - и деньги получила, и нигде не засветилась.
Время летит. Надо идти в знаменитый собор Санто-Доминго и музей. По дороге видим рынок изделий местных мастериц у стен бывшего монастыря Катерины Сиенской. Это наша первая встреча с местным шитьем, и мы на нее ведемся. Покупаем и юбку, отделанную мережкой, и платье с кружевами, и еще одно платье с вышивкой. Кстати, подобной кружевной отделки мы больше нигде не видели.
В одном месте улица перегорожена. Проходит встреча с какими-то американскими писателями. Вопросы, автографы...
Музей примыкает к собору. На соборной площади красивые деревья с оранжевыми цветами. Играет оркестр. Музей расположен в старинном здании, архитектура которого полностью сохранена. И получились маленькие комнатки, каждая из которых посвящена своей теме. Из галереи вид на синеющие горы и сад кактусов - единственное место в Оахаке, столь нелогично закрытое по воскресеньям. Жаль, нам там было бы где развернуться.
Наш автобус уходит в 11 часов вечера. Сдаем рюкзаки в багаж - сотрудник автовокзала отмечает все в специальной ведомости. Затем нас проверяют металлоискателем, просят открыть сумки. А чтобы окончательно напугать, в автобус входит дама с видео-камерой, и начинает всех снимать «из соображений безопасности». Видимо, чтобы впоследствии легче было опознать трупы. Уже хочется выйти и остаться в Оахаке.
Единственная остановка, которую делает автобус - город Теуантепек. Вообще-то, если смотреть по карте, это довольно большой крюк, но, возможно, через горы у них и нет другой дороги. В автобусе кондиционер работает на полную мощность и поэтому очень, очень холодно.

День шестой. Тусла Гуттиерес-Каньон Сумидеро - национальный парк Мирафлорес-Сан Кристобаль де Лас Касас

Утром приезжаем в Туслу. Первая задача - найти камеру хранения - увенчалась успехом. Мы сомневались, после того как не смогли найти ничего подобного в аэропорту в Гаване. Стоимость хранения одной сумки - 12 песо в день.
Ольга хочет завтракать, а я предлагаю сначала доехать до деревни Чьяпас, откуда проходят экскурсии по каньону Сумидеро. В Чьяпас приезжаем на такси за 60 песо.
Там нас уже ждут. Сотрудник турофиса пасет приезжающие такси. Он хочет вести нас в офис и продавать билеты. Я отвечаю, что Premiera comer, despues boletos, и он ведет нас в местное кафе. Домашняя кухня, на завтрак мы получаем свои cesadillas и frutas frescos.
Сытые и в благодушном настроении, приходим в офис. Выясняется, что кворум для экскурсии наберется минут через сорок. Пока нам предлагается погулять по городу. Ничего особенно интересного нет - набережная с видом на реку, которая течет из Гватемалы до Вилья Эрмосы, кафедральный собор, Сокало, на котором меньше зелени, чем обычно. В магазинчике нам встречаются самотканые шапочки-косынки по 20 песо, которые оказываются очень практичными, и темные, из жесткой синтетической ткани с люрексом, сверху донизу вышитые длинные платья. Ничего не скажешь - красивые. Но и дорогие.
От Сокало нас везут в раскаленной машине на пристань. Ждем еще. Рядом дерево, усыпанное плодами манго. Был бы нож, можно было бы освежиться.
Туристы, наконец, собрались. Двенадцать человек сажают в лодку. Маршрут проходит от Чьяпаса до плотины. Утесы поднимаются над водой на высоту тысячу метров. Но, поскольку каньон широкий, давящего ощущения нет. Эта экскурсия посвящена дикой природе - птицы , крокодилы, белые цапли, обезьянки. Берега то зеленеют деревьями, то обрываются голыми утесами.
Возвращаемся обратно. Жарко и душно. Нет ни одного такси. Идем вокруг Сокало, стараясь держаться в тени. Покупаю за 6 песо эскимо местного производства - и не пломбир, и не замороженый сок, а так, что-то среднее.
Мы ищем свежие фрукты. На углу сеньора действительно продает и манго, и ананасы. Но вот вопрос - как долго пролежали они на этой жаре. Рядом широкие двери кафе. Запах прелых фруктов слышен и на улице. На стенах большими буквами выписано меню. Заказываю микс из свежих фруктов. И пожилая синьора мне его смешивает, и выдает в полной до краев, еще немного - и прольется, круглой чаше. Это был самый вкусный сок во всей Мексике.
Снова идем на поиски такси. Хотелось бы еще взять машину, которая не стояла на солнце.
Выбора нет. Подходим к водителю. Пытаюсь ему объяснить на пальцах, что хотим посмотреть каньон сверху. Как ни странно, он нас понимает. Просит 300 песо. Пытаюсь торговаться. Он говорит, что покажет нам пять точек, откуда можно смотреть каньон.
Едем вверх по серпантину. Подъезжаем к воротам с написью «Национальный парк Мирафлорес». Вход 40 песо.
По парку идет асфальтированная дорога, от которой несколько ответвлений ведут к смотровым площадкам. Первая площадка имеет название «сейба», и возле нее действительно растет это столь важное в майянской мифологии дерево. Вторая называется El koyota. Там нас поджидал зверь из семейства собачьих, который внимательно смотрел на нас, близко не подходил и отворачивался от фотоаппарата. Perro? - спросила я. No koyota? - Si, perro, -смеялся водитель.
Последняя (или последние две, потому что они были рядом) смотровые площадки были самыми интересными. Они располагались там, где две стены каньона подходили особенно близко друг к другу. Синяя теневая сторона, ярко зеленая - освещенная солнцем. Склоны почти отвесные, но покрытые кустами и деревьями. Вода не блестящая, а матово-зеленая.
Дорога от Туслы Гуттиереса до Сан-Кристобаля де Лас Касас занимает менее 2-х часов.
Вообще, у мексиканцев интересная, заслуживающая уважения манера увековечивать имена великих. Они старые города не переименовывают, а удлиняют их названия. Получается город «имени» какого-нибудь уважаемого человека. Например, Сан-Кристобаль - имени священника Лас Касаса, Чолула - имени Морелоса, а Оахака - так имени самого Бенито Хуареса, Оахака де Хуарес.

Сан Кристобаль де Лас Касас
Приехали мы туда сразу после заката. На вокзале решили узнать расписание автобусов до Паленке. Билет первого класса стоил 110 песо. И к нам немедленно подошли молодой человек с девушкой, европейской внешности, которые посоветовали нам ехать вторым классом, потому что это будет стоить не более 70 песо.
Такси опять же в изобилии. До намеченного отеля Posada Jovel такси стоило 20 песо, но водитель немедленно дал буклет с рекламой другого отеля. Но мы посмотрели Posada Jovel, и он нам понравился. Старинная деревянная мебель в холле и в номере, лоскутные покрывала на кроватях. Ставни на окнах. Балкон с чугунной решеткой. Объявление на стене запрещает сушить на нем одежду.
Водитель расстроился и уехал, оставив нам свою визитную карточку.
Сан-Кристобаль де Лас касас во многом обязан своей популярностью Карлосу Кастанеде. Именно поэтому это такой европейский город - на каждом шагу кафе и Интернет-кафе, где 1 час стоит 8-10 песо. На центральной площади перед красивейшим собором, выкрашенным в желтый цвет и отделанным скульптурами и орнаментом, - крест (в любое время дня) и книжная ярмарка (после обеда). Хотела я там купить историю Африки на испанском языке, да не купила. Откуда испанцам знать историю бывших французских колоний?
В кафе я пила очень приличное вино мексиканского производства, недешевое - 20 песо за бокал. В штате Нижняя Калифорния должны быть очень хорошие виноградники. Пьем же мы калифорнийские - американские - вина. Все эти места - и Калифорния, и Аризона, и Техас - когда-то принадлежали Мексике. Если бы они так и остались бы с Мексикой, может быть, все было бы наоборот, и американцы рвались бы туда в поисках благополучной жизни.

День седьмой. Чамула
Неподалеку от города Сан-Кристобаль де Лас Касас находятся две индейские деревни - Чамула и Синакантан. И это было действительно нечто. То, что запоминается на всю жизнь.
Поехать туда можно было бы на такси. Водитель, который привез нас в отель с автовокзала, предлагал нам свои услуги за 300 песо. Но мы решили взять экскурсию. Надо же и информацию послушать, а то что это мы все сами ходим. Тем более, согласно путеводителю LonelyPlanet, гиды агентства Viajes Chicultic хорошо знают майянскую космогонию.
Агенство расположено по адресу улица Гваделупы, 34 - примерно 5 минут ходьбы от Сокало. Его экскурсии пользуются популярностью - желающих собрался полный микроавтобус. Народ самый разный - супружеская пара предпенсионного возраста из Нидерландов, молодой красавец-поэт и большой поклонник Тарковского из Южной Африки в сопровождении бледной англичанки - бывшего финансового аналитика, нас двое - русские девушки по имени Оля ...
Гида зовут Альберто, ему около тридцати, он загорелый до красного состояния уроженец Сан-Кристобаля. Как ему удается так загореть, если поля его шлямы прекрасно затеняют лицо, вопрос открытый.
Полное название деревни - Сан-Хуан-Чамула. И Сан-Хуан (Иоанн Креститель, не кто-нибудь) в названии не просто так.
Обычно туристы осматривают в деревне рынок и церковь. Альберто проехал чуть дальше, запарковал машину и мы прошли прогуляться по деревне.
Проходя мимо меня и моей спутницы, Альберто каждый раз улыбался: «Оля-оля».
Слово «Hola» по-испански означает «Привет». Неудивительно, что наши имена - Оля и Оля - вызвали такое возбуждение у испаноговорящего гида. Но уж лучше быть «приветом», чем «до-свиданием».
Чамула по-европейским меркам была бы приличным городом, поскольку живет в ней 60 тысяч жителей. А площадь ее можно оценить, вообразив подмосковные дачные поселки, потому что при каждом доме имеется еще и огород. На огороде «триединое» хозяйство - маис, бобовые, которые вьются вокруг его стебля, и тыква, растущая в тени их листьев. Но сейчас огороды пустые,землю только начинают возделывать, готовя к приближающемуся сезону дождей.
На 60 тысяч жителей в Чамуле имеется всего одна церковь. А священника нет вообще - он приезжает из Сан-Кристобаля для совершения крещений. Все остальные ритуалы совершают местные религиозные лидеры.
В деревне нам постоянно встречаются майянские кресты -выкрашенные в цвет морской волны,у с закругленными концами, обязательно стоящие на опоре, украшенные цветами и другими приношениями. Майянский крест живой, его надо растить и ублажать. У каждой семьи или семейной группы - свой крест и свой религиозный лидер. Дома лидеров отмечены увитой цветами аркой.
Вообще, стать лидером достаточно несложно. Надо объявить о своем желании и дождаться своей очереди. Зато потом, возможно, придется потратить изрядную сумму на угощение, организацию праздников и церемоний для своей группы семей. Сумма может достигать 10 тысяч долларов в год. Даже если я неправильно поняла гида, и речь идет о песо, все равно это очень много для индейцев, живущих натуральным хозяйством. Для семейных религиозных церемоний отведены специальные дома. По площади они сравнимы с хорошей кухней в московской квартире. В них горят свечи, стоят глиняные фигурки оленей (с двумя рогами без отростков, как рога у коров, чтобы не так ломались), свисают цветы - сухие, увядшие, и свежие, каждое состояние имеет свое значение. Нам предлагают присесть на детские стульчики - становится понятно, насколько майянцы ниже нас ростом- и угощают пошем.
В горах по ночам холодно, и население одевается тепло. Женщины носят черные юбки из грубой шерсти и белые или голубые кофты, которые иногда накрывают шалями. На мужчинах сверху надеты шерстяные пончо - черные по праздникам или белые на каждый день.
Вообще, мистическое место эта Чамула. Не жарко, но солнце сильно жжет. Вроде мы не видим ничего особенного - маленькие домики без окон и труб, сухие стебли маиса на огородах, зеленые заросли вдали, а мурашки по спине бегают. Я даже не могу достать цифровой фотоаппарат. Все эти матрицы и пиксели не могут существовать в таком месте, словно пронизанном какими-то силовыми линиями. Только пленка, только слайд.
Хотелось бы сфотографировать костюмы, но в Чамуле очень строго относятся к фотографии. Нельзя фотографировать религиозных лидеров и тем более - религиозные церемонии. Внутри церкви фотоаппаратуру нельзя даже доставать. В случае нарушения фотоаппарат просто разобьют. Альберто неоднократно подчеркивает это: «Если вы видите людей с белыми шарфами на головах, не направляйте на них фотоаппаратов».
Возвращаемся к церкви. Она выбелена и блестит на солнце. Арка вокруг входа ярко раскрашена. Перед церковью - большое пустое пространство, на котором стоит крест. Еще дальше - рынок. К нам постоянно подходят местные: маленькие дети предлагают купить плетеные браслеты, а девочки постарше - пояса. Я не в состоянии сказать нет и покупаю пояс за 20 песо. Я очень боюсь, что после этого активность торговцев возрастет. По счастью, происходит обратное - ко мне теряют интерес. Покупка сделана, что же дальше приставать?
Церковь изнутри выглядит непривычно. Справа у входа стоит купель за загородкой, далее ней к стене прислонен высокий крест. Вдоль обеих стен выстроились застекленные шкафчики, в которых стоят одетые в накидки статуи. Перед тремя ближайшими к выходу по левой стене - колокола.
Пол усыпан сосновыми иглами. Мужчины и женщины располагаются на полу, расчищают себе пространство, укрепляют рядами горящие свечи и бормочут свои песнопения. Это так называемая приватная (личная) церемония. Перед молящимися стоят бутылки с самогоном и банки с кока-колой. Они, как и огонь, символизируют источники энергии, а вместо колы можно взять другой сладкий напиток.
Там, где положено находиться христианской троице, стоят три статуи. Слева, как и должно быть, бог-сын Иисус Христос. В центре, как самый главный, отмеченный в названии деревни Сан Хуан. Но не просто Баттиста (Креститель), а Баттиста Мехор (большая статуя). А справа - Сан Хуан Баттиста Менор (соответственно, статуя, изображающая того же Иоанна Крестителя, только меньшего размера). Можно молиться Сан Хуану Большому, а можно - Малому. Какой лучше помогает.
Две стороны церкви символизируют позитивное и негативное, день и ночь. Соответсвенно, одни святые стоят слева от входа, на хорошей стороне, а другие - на плохой. Иисус как раз находится на самом хорошем месте - слева и почти напротив входа. А в самом плохом месте располагается купель.
И этому есть логичное объяснение. По майянской мифологии, боги создавали людей трижды. Первый раз человечество было вылеплено из глины. Но боги разочаровались в своем первом творении, люди не захотели должным образом почитать их, и истребили людей, наслав потоп. Но некоторые люди забрались на верхушки деревьев и спаслись. Их потомков-обезьян называют «лишенными разума». Такими же «лишенными разума» считаются дети до обряда крещения. Купель смывает и принимает на себя все грехи.
Католический крест, тоже стоящий на плохой стороне, предмет мертвый. Он не имеет опоры, в отличие от майянского, и просто прислонен к стене. К тому же он еще «зловредный», потому что на нем умер хороший человек Иисус Христос.
Недалеко от входа, напротив этого креста на полу стоят колокола. Оказывается, раньше в Чамуле было две церкви. Больше ста лет назад вторая церковь сгорела. Кто-то говорит, это произошло случайно, но, возможно, специально подожгли, чтобы не было конкуренции среди религиозных центров. Колокола и статуи святых перенесли в оставшуюся. Там они отбывают наказание - им не молятся, перед ними не зажигают свечи, не одевают их в красивые одежды и не выносят во время церемоний. И поделом - раз не могли защитить свою церковь, то и реальной пользы принести молящемуся не способны. Для чего тратиться!
После церкви заходим в местный магазинчик. Весь ассортимент - свечи, сладкие напитки типа кока-колы, чипсы, т.е. то, что невозможно произвести в натуральном хозяйстве.
Раскрасневшийся Альберто - явно еще раз приложился к пошу - подгоняет машину.
Мы переезжаем в Сан-Лоренцо-Синакантан - деревню в 8 километрах от Чамулы. В расцветке национальных костюмов здесь преобладает фиолетовый. Блузки женщин богато вышиты цветами.
Жители Синакантана с удовольствием принимают туристов. Альберто ведет нас во двор, который служит и этнографическим музеем, и сувенирным магазином, и рестораном одновременно.
Две дамы, сидя на полу, работают на ручных ткацких станках.
Рядом выставлены для продажи результаты их труда - скатерти, сумки, кошельки. Молния и подкладка пришиты слишком аккуратно для ручной работы, но сколько ни ищу, нигде не нахожу бирочки «Made in China».
В майянской кухне - в данном случае это отдельно стоящее здание - женщина печет маисовые лепешки. Они серого цвета, как будто с мукой смешивали цемент. Но завтрак, на который я ела подсоленые жареные бананы со сметаной, был давно, и есть очень хочется. Заворачиваю в лепешку куриное мясо. Лепешка мягкая, безвкусная, и песок на зубах не хрустит. Снова дегустируем местный самогон - здесь он имеет более фруктовый вкус.
В шесть часов вечера уезжаем из Сан-Кристобаля в Паленке. Дорога узкая и извилистая, а автобус большой, высокий и первоклассный. Надо было видеть, как он наклонялся на поворотах. По расписанию предполагалась стоянка в городе Окосинго, и водитель гнал во все лопатки, чтобы сделать ее подлиннее.
Из автобуса звоним в турфирму (вот оно, преимущество покупки карточки местного сотового оператора!) и заказываем экскурсию в Лаканху. «В каком вы отеле?» - спрашивает турфирма.- «Да мы еще не приехали... Вы не посоветуете? Какой-нибудь экономичный...».
Нам посоветовали отель Ambar. В центре города. 200 песо за номер на двоих. И хотя по-испански это слово обозначает «янтарь», был он амбаром в нашем смысле слова - небольшая квадратная комната без шкафов с окном под потолком и крошечным санузлом с душем. Жарко было так, что мы уснули под стрекотание вентилятора. Впрочем, в этом тоже был плюс - постиранная одежда за несколько часов полностью высохла.

День восьмой-девятый. Ячитлан - Бонампак - Лаканха
В 6-30 утра за нами приходит машина. Почему российские туроператоры так хаяли мексиканцев, мол, заказываешь трансфер, оплачиваешь его, и, о ужас, никто за тобой не приезжает? Была у нас одна накладка, и то, по большому счету, виноваты мы были сами. О ней дальше.
А пока все хорошо. Увезли нас из амбара.
По прекрасным проселочным дорогам, по своему качеству превосходящим многие московские улицы, следуем к границе с Гватемалой. По правилам, на эту экскурсию необходимо брать и паспорта, и миграционные карты.
Нам встречаются несколько военных постов. На одном наш автобус даже останавливают. «Сколько у тебя?» - спрашивает полицейский водителя. - «Одиннадцать.» - «И кого везешь?» - «Мексиканцы, итальянцы...» - «Проезжай». Те, кто едет в сторону границы, полицию не интересуют.
Диалог вызывает смех у пассажиров, потому что ни мексиканцев, ни итальянцев среди нас нет.
У реки Усумасинга, по которой проходит граница между Мексикой и Гватемалой, пересаживаемся на лодки - другой дороги к руинам Яшчитлан нет. Едем на лодке минут сорок.
Прямо от входа тропинка ведет вверх, к малому акрополю. Идти до него далеко. Дорога неровная, много камней, а я на каблуках.
Яшчитлан зарос джунглями, и только центральная площадь археологической зоны - от малого акрополя надо спускаться и идти вперед минут десять - полностью расчищена. Реки не видно, хотя все сооружения стоят почти на берегу. В ветвях, высоко над нами, резвятся обезьянки.
Рельеф неровный - центральная площадь и дворцы стоят внизу, а к нескольким храмам надо опять карабкаться по крутой лестнице. Может быть, это и искусственная насыпь, потому что дорога в джунгли за храмами опять ведет вниз.
Перед Бонампаком меняем автомобиль. Минут 15 едем по неасфальтированной, неровной и пыльной дороге.
Бонампак по сравнению с Яшчитланом проигрывает. В сущности, там одна лестница и несколько красивых храмов наверху. Главная его достопримечательность - фрески с изображением древних майя с приплюснутыми носами, сражающихся или играющих на свирелях и барабанах. Растут там и высокие деревья, с веток которых свисают длинные плетеные гнезда. Обитателей этих гнезд - птиц с желтыми хвостами почему-то называют туканами. Из леса доносятся страшные вопли. Впрочем, это те же самые обезьяны.
Наше путешествие заканчивается в еще одной местной деревне - Лаканха. Нас встречает одетый в белую прямоугольную рубаху длинноволосый и большеносый хозяин. Четырехугольник рубашки такой ширины, что закрывает запястья, и отдельно вырезать рукава не требуется.
Мы с Ольгой остаемся здесь ночевать. Мы заплатили за двухдневную экскурсию (с пятиразовым питанием) по 1000 песо, поэтому у нас номер в отдельном здании, состоящий из ванной и спальни. Крыша из пальмовых листьев, потолок затянут противомоскитной сеткой. Дверь без замка, зато есть горячая вода.
Те, кто платил по 900 песо, получают комнаты в бараке, с удобствами на улице и антимоскитной сеткой над кроватью.
Деревня как деревня - ходят куры с цыплятами, в клетке сидят две обезьянки. Они очень грустно смотрят на туристов.
Местные дети, одетые в такие же широкие рубашки, но меньшего размера и из набивной ткани, с палками в руках гоняются за кроликом. Потом они начинают колотить палкой по клетке. Обезьяны понимают, что это не туристы, которых надо разжалобить и выпросить еду. От детей еды не дождешься. Обезьянки немедленно перестают грустить и начинают общаться - показывают задницу своим обидчикам.
За ужином знакомимся с другими туристами. Черный житель Люксембурга по имени Джонни родился в Кабо Верде, а его европейскую подружку зовут Рейчел (Ракель в испанской транскрипции). Другая пара - мексиканец Эдуардо и его девушка из Пуэрто-Рико. И если первый относится к своей девушке покровительственно, то последний словно удивляется все время тому, что она к нему вообще приехала.
Эдуардо рассказывает нам про еще одно место в Мексике, которое интересно было бы посетить. Это Калакмуль, недавно открытая археологическая зона. В Калакмуле находится самая высокая в Мексике пирамида. Лучше всего добираться туда на такси из городка под названием Икспухиль.
Город Испухиль находится почти по нашему маршруту.


Лаканха
Просыпаюсь от пения птиц. Один певун пристроился на дереве напротив нашей двери, и очень старается - даже приседает от усердия, раскрывая клювик. В половине седьмого пение птиц заглушается грохотом газонокосилки.
После завтрака отправляемся в джунгли. Проводник носат, так же, как и хозяин, и я предполагаю, что это его сын. Джонни считает, что это просто свойство местных жителей.
В джунглях темно и на удивление не жарко. Проходим небольшой водопад, потом еще несколько раз переходим речки. Огромное дерево, мы все фотографируемся между его корнями. Петля лианы, свисающая над тропинкой. Нас ведут к храмам Лаканха. По сравнению с Бонампаком, они, конечно, небольшие, но зато очень немногие видели эти места. Майянская позеленевшая стелла... Над ней выросло огромное дерево, и она вернулась на свет лишь тогда, когда это дерево упало.
Наконец мы приходим к водопадам. Несколько каскадов, между ними ванны, в которых течение не очень сильное, вода прозрачно-бирюзовая. Холодная, но все равно хочется купаться. В самой большой ванне под водой лежит ствол дерева. Он лежит на правильной глубине - как раз мне по шее. Пытаюсь по нему дойти до края. Джонни прыгает на другом конце ствола, стараясь меня свалить.
Вернувшись в деревню, отправляемся прогуляться, потому что автобус должен приехать только в 4 часа. Находим пустующий ресторан, где удается заказать свежевыжатого ананасного сока - за 8 песо.
Вернувшись, узнаем, что автобус уже увез остальных. Хозяин что-то нам говорит, но единственное, что мы понимаем, это что надо подождать. Через час хозяин запускает свой Nissan и предлагает нам садиться. Он довозит нас до развилки, где мы меняли автобус для поездки к руинам Бонампака. Мы понимаем, что мы должны будем сесть на автобус, который привезет оттуда туристов. И хозяин уезжает - вместе с нашими чемоданами в своем багажнике.
Вот здорово! Мобильный телефон здесь не работает. Что делать, непонятно. Я останавливаю машину. Объясняю водителю, что мне нужно в Лаканху. Сажусь в машину, говорю Ольге, что, если автобус приедет раньше, надо его задержать. Например, так: Espera Usted a amiga mia. Учитывая, что все наши документы лежат у меня в рюкзаке, Ольге особенно комфортно.
В машине говорю водителю, что наши maletas уехали без нас, что мы были junto a (или даже cerca de) cascades. Слава богу, он понимает, где именно мы были, потому что название отеля я сказать не могу, и привозит меня туда. Там уже известно, что туристы уехали без рюкзаков. Правда, хозяин не вышел, чтобы извиниться. Мы перекладываем вещи в машину, на которой я приехала, и водитель доставляет меня обратно. Хороший человек попался. Работает в Бонампаке, обихаживая там археологическую зону. За все про все - 30 песо.
Вернувшись к развилке, застаю Ольгу на прежнем месте. Ставим рюкзаки возле микроавтобуса и ждем. Думаем, что сказать водителю. Как выясняется, ничего говорить ему не надо, потому что ему про нас уже сообщили.
Просим отвезти нас в отель El Panchan - он находится ближе всего к археологической зоне Паленке.

День десятый. Паленке и водопады
Отель занятный. Это просто часть джунглей. Недалеко от входа двухэтажное строение с Интернет кафе (15 песо за час) на втором этаже. Гости живут в кабаньосах (180 песо)- небольшая комната с умывальником и за дверью санузел с душем. Из обстановки - две кровати и две тумбочки. Вода - комнатной температуры, то есть приятно прохладная.
Мы долго искали, где бы нам повесить сушить купальники. Ни веревки, ни полотенцесушителя не было предусмотрено.
В 8 утра отправляемся в Паленке. На осмотр руин отводится 3 часа.
Наверное, впервые в Мексике попадаю действительно в туристическое место. Народу много. Хотим взять гида, но англоговорящие держат цену - 650 песо. Сумма делится на группу, но нас всего двое. Испаноговорящие дешевле, но они нам не нужны.
Справа от входа находится храм Ягуара. Там обнаружили захоронение Красной царицы. Именно оттуда в Антропологический музей Мехико-сити вывезли гробницу царя Пакаля, который умер в 683 году. В принципе, изнутри место ничего интересного из себя не представляет - комнаты и комнаты, переходы и переходы, ниши и ниши.
Далее - закрытый для туристов Храм надписей, 26-метровая пирамида с окошками наверху, стоящая к тому же на высоченной лестнице. А слева от храма - дворец, El Palacio. Дождавшись, пока туристы схлынут к другим объектом, по дворцу можно гулять с удовольствием. В прохладу первого этажа ведет крутая лестница. Там внизу - комнаты без окон в три ряда, видимо, жилые помещения. Вверху - галереи, и над всем этим возвышается не то башня, не то обсерватория.
Около Дворца мы знакомимся с исключительно круглолицым калифорнийцем, довольно чисто говорящим по-русски. Молодой человек - а ему немного больше 20 - успел поработать в Киеве миссионером от мормонов.
За ручьем Отулум находятся здания, построенные сыном Пакаля в начале 8-го века - храм Креста, храм Солнца и храм Расщепленного Креста. Дальше можно пройти к руинам групп В и С, на расчистке которых трудятся рабочие с мачете. Спустившись по лестнице и пройдя мимо водопада, можно дойти до музея Паленке.
Около музея мы встретили русскую группу, приехавшую в Мексику по туру. Группа была недовольна поездкой и похвалила нас за то, что мы путешествуем в сами.
Подойдя к машине, я лишний раз убедилась, насколько точно организована транспортировка туристов. Наш путь вел дальше к водопадам, и к нам уже присоединились те, кто не был на руинах. Хорошо, что мы подошли вовремя и успели шугануть девушек, пытавшихся занять наши места рядом с водителем. К нам-то третьего не подсадишь, а сзади люди сидели очень тесно.
В машине знакомимся с Лизой-Френсис Ли, новозеландкой китайского происхождения, которая бывала в России и теперь с удовольствием вспоминает русский язык. Она уехала в путешествие на полгода и уже успела побывать в Африке и разных странах Центральной Америки.
Два водопада в окрестностях Паленке - Мисоль-Ха и Агуа-Азуль - расположены недалеко от шоссе, соединяющего Паленке с Сан-Кристобалем. Первый, в 10 километрах от Паленке, это узкая струя, падающая с высоты 37 метров. Озеро, в которое она падает, не выглядит чистым - вода зеленая, в ней много листьев. Может быть, мы бы выкупались, но после озер Лаканха...
Водопад можно обойти и полюбоваться на него изнутри. По мокрым камням за водопадом, периодически шагая по щиколотку в воде или попадая под падающие струи, можно дойти до пещеры.
В Агуа-Азуль купаться хочется. Этот водопад примерно в полпути от Паленке до Окосинго. Это широкие каскады, с которых низвергаются массы воды и, разбиваясь, наполняют воздух водяной пылью. Мы поднимаемся вдоль ресторанов и киосков и смотрим на водопады сверху. Но все-таки лучшая точка - у их подножия. Течение сильное, но метров в 50 от водопадов вполне можно купаться. Камни отшлифованы, многие из них почти выступают из воды, так что можно по камням зайти в реку далеко, следя только, чтобы не упасть. Перед этой каменной грядой глубокие ванны, куда очень приятно прыгать.
Народу много, и путеводитель предупреждает, что надо следить за своими вещами. Поэтому купаемся по очереди, а туфли просим постеречь миссионера.

День одиннадцатый. Вилья Эрмоса-Кампече
Ночь была беспокойной. Почти до полуночи в ресторане продолжалось шоу барабанов. Посреди ночи раздался не то крик, не то стон. Я подумала - надо спасать Ольгу, наверняка на нее напало какое-то насекомое. Но, видимо, кому-то в соседнем домике приснился кошмар. Затем кто-то зарычал, и в ответ залаяла собака. Так они и общались до утра - один рычал, вторая лаяла.
А потом надо было вставать - в 7 утра у нас был намечен автобус в Вилья-Эрмосу. Пока я ходила ловить такси, Ольга воевала с пауком.
Дело в том, что в кабаньосах невозможно избавиться от насекомых. Через дыры в полу или в потолке, но они обязательно заползают. Один такой паучок и пристроился у стенки. Сидел, никого не трогал. Но Ольга его увидела, они посмотрели другу на друга... И паук поспешил к единственному доступному убежищу - стоящему неподалеку рюкзаку. Но Ольга прибежала первая.
Вот еще одно лирическое отступление на тему арахнофобии. Ольга бежит по джунглям: «Ух ты! Какая маленькая птичка!» Какая же это птичка, говорю, это муха. И Ольга улепетывает в противоположную сторону: «Ой-ой! Какая большая муха!» Теория относительности в действии.
На пути в Вилью Эрмосу автобус остановил иммиграционный контроль. Люди, которые едут в центральные штаты от границы с Гватемалой, их уже интересовали. И двух человек из нашего автобуса аккуратненько вывели, придерживая за шейку.
А в вилье Эрмосе у нас все не заладилось. Камера хранения оказалась очень дорогой - 6 песо за сумку среднего размера в час и 10 за большую.
Мы стали ловить такси, но все такси уже были заняты. Тем не менее, иногда они останавливались, но воспитанные русские девушки не садятся в машину, где уже сидят двое мужчин. Наконец к нам подъехало такси, где сидела пассажирка. Я сказала водителю: Parc La Venta. Oн мне ответил: Despues. Я долго переваривала этот ответ , пока поняла -после того, как отвезут девушку, отвезут и нас.
Мы приехали в Ла Венту, у входа в парк нас поймали школьники со своим домашним заданием по иностранным языкам. Дали им интервью.
В парке мимо нас прошествовал косолапый зверек. Шел он по-деловому. Как потом выяснилось, шел он в кафетерий, выпрашивать еду у туристов. И пришлось кидать ему кусочки такоса, чтобы не лез лапами с огромными когтями на колени.
Парк Ла Вента - установленные в приближенных к естественным условиям ольмекские головы и другие археологические находки. Вся дорога протяженностью около километра, около 30 различных экспонатов, от известных огромных голов до алтарей с барельефами в виде вылезающего из пещеры человека.
Такой парк хоть, конечно, интересен, но не достоен отдельной поездки. Но, с другой стороны, ольмекская культура считается одной из древнейших в Мезоамерике, и народы майя многое заимствовали у ольмеков. Подобной экспозиции ольмекской культуры нет нигде.
В магазинчике при музее слышен сильнейший запах какао. Его очень много выращивают в штате Табаско. Покупаем растворимый какао в таблетках. Получается из него удивительный напиток - сверху горячий шоколад, а на дне оседает нечто, по вкусу напоминающее опилки.
В городе есть еще и пешеходная зона с разноцветными домами. Но не зря еще солдаты Кортеса так мучились в этом штате - здесь жарко и влажно. Кроме того, туристическая инфраструктура отсутствует как класс - ни обменных пунктов, ни туристических офисов. Единственный Ticket bus в городе оказался закрыт. За билетом пришлось ехать обратно на вокзал. На такси выстроилась большая очередь. Как мы поняли, такси в любой конец города стоит 15 песо, поэтому желающих всегда много. Тем более - был субботний день, когда люди приезжают в столицу штата. А где попало такси не останавливаются, у них есть остановки, как у автобусов.
Но мы что, не русские, что ли? Отойдя от официально разрешенной стоянки, я, как гаишник со своей полосатой палочкой перед «Мерседесом», выскочила на середину улицу. Такси остановилось. Не давить же меня было, честное слово. Мы уселись. На то, что вместе с водителем там был еще и пассажир мужского пола, в тот момент нам было наплевать.
На вокзале мы обнаружили, что автобус до Мериды идет поздно вечером. Мы решаем ехать в Кампече : раз туда стремились и голландцы из Чамулы, и французы из Бонампака, значит, что-то интересненькое там есть. До автобуса остается еще два часа. Вентиляция не работает. В зал ожидания, где есть кондиционер, пускают только за час до выезда. Нам удалось упросить охранника - я очень старалась, изображая готовность умереть от жары - разрешить нам подождать там.
Устроившись в более прохладном месте, мы начали звонить в Кампече. Мы предположили, что оттуда тоже удастся добраться до Калакмуля. Номера телефона, которые мы нашли в LonelyPlanet, оказались устаревшими. Мне удалось дозвониться до Совета по туризму.
В каждом учебнике, будь то учебник английского, испанского или другого языка, большое внимание уделяется счету и цифрам. И почти каждый ученик игнорирует эту тему. Что вполне объяснимо - цифры-то все арабские и наглядные. Но я очень пожалела о своем невежестве, когда мне было нужно записать произнесенный по-испански номер телефона.
В общем, я заказала экскурсию в Калакмуль. Выезд в 6-30 утра. Из отеля Colonial в Кампече.
Но была еще одна проблема - у нас не оставалось местных денег. Сдав багаж и имея до автобуса час времени, мы побежали искать обменный пункт или отделение банка, где будет не очень много народу. Я решила спросить у местного полицейского. Он был небольшого роста, тощенький, гладковыбритый и вообще очень чистенький, в возрасте за 50. И он так любезно мне ответил, что обменник он найдет, но комиссионные составят 1 песо на 1 доллар. Я сказала, что это много, и он тут же согласился, что можно и меньше. Для тех, кто будет искать обменный пункт в этом городе - если стоять спиной к выходу с автовокзала, мы шли по улице налево, прошли два перекрестка, зашли в большой магазин, торгующий преимущественно мебелью, прошли через весь зал, поднялись на второй этаж. И в другом конце зала оказалось отделение банка, где можно было поменять валюту. Я спросила у кассирши, каковы комиссионные. Она махнула рукой, в смысле, меняем без комиссии. И тут до нас дошло, что комиссию господин полицейский просил для себя. Слишком уж сладким он был.
В общем поменяли мы деньги, вышли из магазина. Поблагодарили полицейского, пообнимались с ним. Тут он занервничал. И мы убежали, на автобус. Он бежал за нами, кричал «Синьорас». Жаль, мне не пришло в голову попросить разрешения с ним сфотографироваться на память, может быть, он тогда сам от нас убежал бы.
Выбора у нас не было, и мы ехали автобусом второго класса. Кресла в нем были, может быть, даже удобнее. Однако не было ни туалета, ни телевизора. Остановок было больше. И автобус подбирал голосующих пассажиров по дороге. Насколько это отличалось от проверки металлоискателем в Оахаке!
Дорога от Вильи Эрмосы до Кампече идет вдоль моря, и частично - по песчаной косе. Занимает более 5 часов. Девочки, сидевшие впереди нас, трудились, ложкой загибая кверху ресницы.
Недалеко от Кампече находится Чампотон -место первого триумфа индейцев, которые разбили здесь отряд Франциско де Кордовы в 1517 году, а в 1518 году изрядно потрепали экспедицию Хуана де Грихальбы.
Отель Colonial находится внутри старого города, той его части, которая была обнесена стенами. Это небольшое двухэтажное здание с внутренним патио. В принципе, мы уже привыкли к этому стилю - высокие потолки, большие холлы, маленькие комнатки.

День двенадцатый. Калакмуль
Утром, спустившись в холл, мы узнали, что у нас есть попутчик - голландец. Когда я его спросила: What’s your name, он как-то весь собрался, встряхнулся, протянул руку и ответил: «Меня зовут Гун». В принципе, это почти все, что он знал по-русски. Я развлекалась тем, что учила его произносить сложные слова: «щекотать», «шепот». Особенно я старалась разучить с ним выражение «не жужжи», в смысле shut up. Мне и в голову не приходило раньше, что в русском языке так много шипящих.
Несколько раз нам по дороге встречается указатель на Эздну, но мы прекрасно знаем, что Эздна находится совершенно в другом направлении, нежели то, куда мы едем. Как хорошо, что мы не стали брать на прокат машину. Мы бы никогда сами не разобрались в этих дорогах среди джунглей и полей, проходящих мимо деревень, где периодические попадается надпись Escuela telesecondaria. В том смысле, что учащихся настолько мало, что в этой школе второй ступени нет учителей-специалистов, а детей учат с помощью учебных фильмов.
Первый сайт нашей экскурсии называется Balamku, что означает «Храм Ягуара». В начале нам не встречается ничего выдающегося - невысокие стены, сделанные из грубо обработанных камней, украшенные масками Чаака. Дальше нам предстоит пройти через вытянутый с востока на запад не то дворец, не то жилой дом, с маленькими комнатками, в некоторых местах которого сохранилось подобие перекрытий.
Там дальше, уже на краю джунглей, стоит еще одна небольшая и невыразительная пирамида. С левой стороны в ней дверь, точно такая, за какой могли бы храниться метлы, лопаты и мачете в хозяйственном помещении. За дверью - знаменитый фриз, с изображением ягуаров, амфибий и людей, который и дал название сайту. Помимо вечного противостояния нашего мира и мира подземного, на этом фризе сопоставляются даты солярного круга и исторические события. Царь вырывается из утробы монстра так же, как Солнце выходит из рта Земли. Смерь царя представлена как заход солнца, когда оно падает в рот чудовища. Представлена и двойная эманация - амфибия появляется из когтей монстра, и выпускает царя из своего рта. Огромные маски и изображения ягуаров показывают богатство земли. Амфибия олицетворяет взаимопроникновение двух миров. Одновременно эта тема означает богатство страны.
Фриз показывает также назначение этого сооружения - верхняя часть его взаимодействует с земной поверхностью, а внутренняя - с подземным миром. Таким образом, когда человек входит в одну из дверей, он входит в этот подземный мир.
Территория археологического сайта Калакмуль велика, для того, чтобы пройти так называемый «большой путь», только по карте придется отшагать 3,5 км. Недалеко от входа расположены руины северовосточной группы - широкая лестница, в которую вросли деревья, и несколько стелл. До основной группы от входа более 1 км. Калакмуль одновременно является и биосферным заповедником. Нам постоянно встречается «павлино-фазан-индюк», или как еще называются эти птицы. Близко людей они не подпускают.
Наконец доходим до бывшего квадратного помещения, в котором сохранились и стены, и даже каменные кровати с треугольной отделкой. Дальше дорога ведет мимо так называемой muralla - стен, ограждавших город с северной стороны. Мы входим в акрополь. Большая территория, заросшая тонкими прямыми деревьями. Слева - самое высокое сооружение акрополя Estructura XIII, видимо, бывший дворец. Это высокая лестница, перед ней стелла и изображением женщины, а наверху несколько небольших зданий. С одной стороны центральной площади - другие здания, с другой - позеленевшие стеллы.
Стрелки ведут по кругу. Мы не можем понять, куда идти дальше. Идем по небольшой дороге, которая начинается в противоположном от muralla углу акрополя. Дорога узкая, и, когда обнаруживается дерево, растущее по центру дороги, мы решаем вернуться обратно.
Возвращаемся, находим еще один выход из акрополя, на этот раз справа от Estructura XIII. Дорога идет по джунглям и приводит нас на то самое место, откуда мы свернули к muralla.
Еще не хватало заблудиться здесь! А спросить, естественно, некого - до нас здесь было человек двенадцать, может быть, еще одну группу привезут, но она на такой территории просто расстворится.
В общем, возвращаемся на первую дорогу. Идем, нервничаем. Наконец минут встречаем указатель, говорящий, что мы на верном «большом пути».
Приходим к большой пирамиде. Эта самая высокая пирамида в Мексике, построенная майя. Ее высота 54 метра, что меньше теотиуаканской пирамиды Солнца, и она других пропорций - больше вытянута в высоту. Она пятиярусная, с одной лестницей, прямо из которой растет дерево. Перед пирамидой внизу и перед верхним пятым ярусом установлены стелы.
Крупные сооружения Калакмуля, особенно сооружения церемониального характера, были построены еще до конца Среднего Предклассического периода, то есть до 300 года до н.э. Многие стелы были возведены во время наибольшего расцвета города, который пришелся на Поздний Классический период, т.е. 700-900 н.э.
С пирамиды видим окружающее нас море джунглей - светло и темно-зеленых и серо-голубых у самого горизонта. В путеводителе сказано, что в ясную погоду можно видеть





Дополнительно


Copyright © 2010-2020 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.